ФЭНДОМ


Босоркани, наследницы древних венгерских жрецов-талтошей, были, как правило, ведьмами (гораздо реже — волшебниками) из народа, которые ведали созданием и изгнанием заложных покойников, проклятиями, порчей, связью с нижним миром, а также действовали как своеобразные “стражницы границ” между простецами и волшебными существами. Они вели обособленный образ жизни и пользовались дурной славой среди других волшебников из-за своей приверженности темным искусствам, хотя благодаря строгому кодексу поведения, которому, как считается, всегда подчинялись босоркани, вреда от них было не много.

В середине XV века два короля-мага, члены Первого ордена Дракона, соратники, друзья — валашский господарь Влад III Дракула и венгерский король Матьяш Корвин Хуньяди (в магическом мире он больше известен как Вороний Король или Король-Ворон) — обратились к босорканям за помощью. Им нужно было защитить свои королевства от османов, которые наступали на Европу, и с которыми Орден уже не справлялся. Султану служили магрибские колдуны, которые были гораздо гораздо сильнее венгерских и румынских боевых магов.

По условиям договора босоркани учили воинов-магов темным искусствам, а также, пользуясь своими силами и знаниями, должны были поднять против османов волшебных существ Валахии, Венгрии и Карпат. Что отдали короли ведьмам взамен — тайна.

Для Влада Дракулы союз с босорканями обернулся трагедией: в поисках силы господарь зашел слишком далеко по дороге в нижний мир, утратил всякие моральные ориентиры и стал настолько опасным, что Вороний Король и Влад Монах — брат и преемник Дракулы — вынуждены были убить его, но прежде Влад успел уничтожить почти всех магов-аристократов в своей стране. В Валашской коллегии в канун Пасхи до сих пор отмечается день скорби по 500 волшебникам, которых Дракула принес в жертву самому себе ради обретения их силы. Эту бойню господарь “оправдывал” тем, что убитые бояре все равно тратили свое искусство на распри между собой и никак не помогали стране и народу.

В течение XVI века опасные практики босоркань, уже не ограниченные строгими правилами этой традиции, распространялись по Венгрии, Валахии и Румынии подобно чуме, в то время как самих босоркань преследовали волшебники-аристократы, считавшие, что именно “темные ведьмы” повинны в падении Влада и прочих бедах. Распри внутри магического мира усиливались, с юга наступали османы, и на фоне всего этого небывало расплодилась нечисть. Хаосу пытались противостоять немногочисленные волшебники и волшебницы, среди которых был и граф Дьёрдь Турзо, будущий палатин Венгрии.

“Последней каплей” для Турзо и других магов стало дело графини Эржбеты Батори и ее подруг по ковену Илоны Йо, Дороты Сентеш и Катарины Беницки. Дочь аристократического рода, правительница земель и сама довольно слабая волшебница, Эржбета стремилась прежде всего защитить своих людей от кровавого хаоса, царившего вокруг. Она собрала ковен волшебниц из мелкой аристократии, а позднее пригласила в него Анну Дарвулию — одну из последних карпатских босоркань, слывшую безумной, но очень могущественной ведьмой. Предположительно именно Дарвулия научила Эржбету и ее волшебниц становиться сильнее при помощи вампиризма. Поначалу Эржбета обращалась к этой практике лишь в самых крайних случаях, но постепенно грань между дозволенным и чудовищным для нее стерлась. За годы существования ковена Эржбета Батори, Илона Йо, Дорота Сентеш, Катарина Беницка и Анна Дарвулия убили почти 700 молодых женщин.

Дьёрдь Турзо и его единомышленники смогли победить Эржбету и ее волшебниц, однако Анну Дарвулию они не нашли. Бытует мнение, что она никогда не помогала Эржбете на самом деле и просто виделась обезумевшей графине в бреду.

(Впрочем, нет сомнений в том, что Дарвулия реально существовала — а возможно, и существует до сих пор, так как с XVI века и по сей день ее имя фигурирует то в одной, то в другой мрачной и таинственной истории. В семье Батори твердо убеждены, что Эржбета была не преступницей, а жертвой, околдованной Дарвулией. “Охота на Дарвулию” в этой семье длится уже четыреста лет.)